Март 23, 2012

— Где Костик? – Надрывался Васильев, вышагивая вдоль выстроенных в ряд людей на манер эсэсовца – руки сложены за спиной, взгляд суров, губы плотно сжаты в тонкую розоватую нить, которая в самые неожиданные моменты вдруг превращалась в жерло вулкана, низвергающего потоки ругани и брани. – Я вас спрашиваю!
— Да мы-то откуда знаем? – Пискнула девушка с белесым хвостиком на макушке, перетянутым синей атласной лентой. На вид не старше семнадцати, да и, как все давно поняли, в отношении разума она не так далеко ушла от этой цифры – скорее еще и в минус.
— А кто должен знать? – Стукнул свернутой в трубочку папкой по своей ноге Вадим, остановившись напротив девочки-подростка Лены, которая, как он подозревал, на самом деле была его ровесницей. Паспорта ее он так и не увидел, а сама Лена на вопрос о возрасте всегда отвечала разными цифрами – от восемнадцати до двадцати трех.
— У Дины спроси, она с ним …кхм…общается, — прыснул в руку сутулый парень с взлохмаченными достающими до плеч темными волосами. Ленка тихо рассмеялась, прикрыв рот ладошкой, но, встретившись взглядами с Вадимом, умолкла.
— Детский сад какой-то, — наклонил голову на бок Васильев, потирая пальцами нахмуренный лоб.
— Я не знаю, он мне не отвечает, — вскинув подбородок вверх, сказала долговязая брюнетка с ярко-алыми губами, Дина. То, что Костика до сих пор не было, злило ее не меньше, чем Вадима. Парень уже второй день не отвечал на звонки и не открывал дверь, когда Дина приезжала к нему домой. А ведь их «общение» должно было накладывать хоть какие-то правила и обязанности – а вот кукиш вам, уважаемая, как любил говаривать тот самый потерявшийся Костик. – И вообще, чего ты к нему привязался? Твоей новой протеже тоже все еще нет.
Динка попыталась отвести разговор от персоны Костика. Она была смертельно обижена, но все равно старалась его защитить. Васильев хоть и добряк в жизни, а относительно всего, что касалось его детища – превращался в Карабаса-Барабаса, готового лично пригвоздить к стенке каждого, кто не хочет плясать под его дудку.
— Кстати да, — поддакнул длинноволосый, которого все здесь называли Блохой. Ну, или Блошиком, как Лена, обожающая все уменьшительно-ласкательное и трогательное. А Блошик – что может быть еще трогательнее?
В это время Мирта и Саша как раз переступали порог базы, продолжая крепко сжимать ладони друг друга.
— Ты готова? – спросил Саша, мельком взглянув на каменное выражение лица подруги. Та кивнула головой. Она сейчас была готова даже к тому, чтобы ее в клетку ко львам посадили – она смогла бы голыми руками разорвать их в клочья, даже не поцарапавшись ни разу самой. Что уж говорить о Васильеве и его подопечных.
По базе эхом разнесся звук их шагов.
— О, вот и само их Высочество, — себе под нос буркнул Вадим, но все услышали и недоуменно переглянулись. Кроме самого Васильева о Мирте никто раньше не слышал и потому они не знали, чего ждать.
Фая, закинув ноги на стол, крутила в руках карандаш, напряженно смотря на проем, где должны были вот-вот появиться Сашка с Миртой. Ее мелкие кудряшки подрагивали от ветра из приоткрытой форточки.
— Вадим, а кто эта новенькая вообще? Почему ты ее взял? – Спросила девушка, считающая себя правой рукой Васильева. По сути, она была такой же участницей труппы, как Дина, Лена, Блоха да и все прочие, пока отсутствующие здесь актеры. Но она единственная поддерживала любую идею Вадима и первая рвалась грудью защищать его театр, да и его самого, если того требовала ситуация. Фая была в курсе всех дел, вечно лезла с советами и помощью, чем раздражала Вадима, хоть Васильев старался и не демонстрировать этого открыто. Девушка жила в счастливом заблуждении, что Вадим без нее как без рук, давно поставив себя на ранг выше прочих подопечных Васильева – ее не слишком-то любили в театре, но играла она действительно потрясающе, за то и терпели.
— Вот тебе интересно, сама с ней и разговаривай, — отмахнулся Васильев, опускаясь в низкое неудобное кресло, сидя в котором его коленки находились практически на одном уровне с головой. Не успев устроиться, он тут же вскочил, взвинченный и в этот момент в комнату вошли Мирта и Саша.
Дина, посмотрев на Мирту-Машку, фыркнула и, сложив руки на груди, отошла к наполовину заколоченному окошку, про себя подумав, что у Васильева совсем что-то с головой стряслось, раз он всякий сброд тащит в свой театр. Блоха растянул толстые губы в улыбке, а Ленка, подскочив на месте и ударив об пол каблучками, словно Дороти из «Волшебника изумрудного города», тут же протянула руку:
— Привет, я Лена. А вы? – Она с любопытством рассматривала вновь прибывших, бегая глазами вверх-вниз, будто сканируя. Мирта поморщилась, но руку пожала.
— Мирта.
— Саша, — неловко протянул раскрытую ладонь рыжий парень и как-то покраснел под чистым и открытым взглядом Лены.
— Блоха, — гаркнул длинноволосый, уперев руки в бока и продолжая широко улыбаться во весь свой большой рот. Мирта смерила его равнодушным взглядом, без слов подступая к Вадиму, стоявшему в середине комнаты и обмахивающемуся все той же красной папкой.
— Давно не виделись, — все с той же безжизненной миной на лице произнесла Мирта, легонько стукнув ногтем по верхней пуговице Васильевской рубашки. Тот нервно сглотнул, отступая на шаг назад:
— Я бы и дальше не виделся, Маш. Ты изменилась, — отметил он, оглядываясь на Фаю, будто загнанный в угол зверек. Та ту же поднялась со своего места и, чеканя шаг, подошла к ним, встав за спиной Вадима, будто телохранитель. Сашка сделал то же самое, остановившись рядом с плечом Мирты.
Дина закатила глаза к потолку, наблюдая за происходящим, и перекинулась с Блохой многозначительными взглядами.
— Я знаю. – Спокойно сказала Мирта-Машка, не сводя глаз со скуластого лица Вадима. Он был красив, надо отметить. Стройный, темноволосый, а лицо какое одухотворенное. Посмотришь на него, и удивляешься, что такая красота на тебя не с обложки журнала смотрит, а в жизни. Первый парень на деревне, так сказать, Васильев-то.  Не то, что Сашка, напоминавший девушке плюшевого мишку, чем-то обиженного на весь мир и оттого смотрящего на жизнь с грустью в глазах и с оттопыренной нижней губой. Вот и сейчас, выглядывая из-за плеча Мирты, Саша выглядел так же.
— Ты лысая? – Подала голос Фая, которой не понравились переглядки новенькой с ее Васильевым. Словом, Васильев был не ее, но Фая уже давно, можно сказать, «зарезервировала» теплое местечко и теперь самоотверженно его оберегала, дабы всякие дылды не разевали рот на чужой каравай.
— А тебя заботит? – Изогнула бровь дугой Мирта, с презрением оглядывая бестактную девушку. Фая показалась ей смутно похожей на кого-то – то ли финскую актрису, то ли на пуделя. Но озвучивать вслух свои мысли Мирта не стала, решив, что ссора в первый же день может плохо обернуться.
— Ты больна? – Подхватила за Фаей Дина, которая априори не могла долго молчать. Она стояла вполоборота ко всем с псевдо — сочувствующим лицом и медленно, почти незаметно качала головой.
— Я думаю, еще один такой вопрос и заболеть может кто-то из вас, причем основательно и надолго, — повысила голос Мирта, повернувшись  к Дине. Саша схватил ее за край джинсовой жилетки, словно надеясь удержать ее так, как собачку на поводке. Мирта дернула плечами, вырвавшись.
— Ты не сможешь играть в таком виде, — отморозился, наконец, Васильев, почесав затылок. – Тебе придется надеть парик.
— У меня нет парика, — поправила свою шляпу Мирта, а затем направилась к столу, за которым недавно сидела Фая, и запрыгнула на него, закинув ногу на ногу. Теперь она могла видеть всех без нужды крутить туда-сюда головой.
— У нас в гримерке много париков, — хлопнула в ладоши Лена, о существовании которой, похоже, все уже и забыли. Вадим указал пальцем на нее и закивал:
— Да-да, подбери то, что тебе больше понравится. А пока, кто-нибудь разыщите Костика, у нас сегодня выступление, — обернулся он к остальным. Дина послушно достала телефон, набирая номер своего дружка, но бездушный механический голос вновь оповестил ее о том, что абонент находится все зоны действия сети.
— Если он опять запил, я его вышвырну и больше назад не приму, — сквозь зубы пригрозил Вадим непонятно кому и, все так же возмущаясь, вышел из комнаты, оставив Мирту наедине со своими актерами. Ах да, еще же был Сашка, но он стоял как истукан, не в состоянии сказать ни слова, пока Мирта того не захочет. А Мирта не хотела.
Она покачивала ножкой в туфле, разглядывая свой маникюр и, казалось, не замечала никого вокруг.
— Пойдем, я тебе открою гримерку, — повелительно произнесла Фая, обращаясь к Мирте. Девушка подняла на нее глаза с таким видом, будто ее отвлекла надоедливая собачка, но направилась следом за Фаей, оставив Сашку одного.
— Привет, да, — растеряно произнес он, запуская руки в карманы. Блоха ободряюще похлопал его по плечу:
— Ничего, подружимся еще.
Дина в очередной раз фыркнула, за что получила толчок локтем в бок от Лены.
— Да, мы очень добрые и дружелюбные, — с сарказмом произнесла брюнетка, отворачиваясь к окошку, надеясь разглядеть сквозь редкие просветы досок, не идет ли Костик.

Filed under: S&M | | Комментарии к записи S&M.постановки (5) отключены

Комментариев нет

No comments yet.

RSS feed for comments on this post.

Sorry, the comment form is closed at this time.

Recent Posts

Archives

Categories

Lorem ipsum dolor sit amet, consectetuer adipiscing elit, sed diam nonummy nibh euismod tincidunt ut laoreet dolore magna aliquam erat volutpat.

Pages

Meta